14.07.2019 Тоска в Мариинский-2

фото Натальи Яшиной
Дирижер – Станислав Кочановский
Флория Тоска – Елена Стихина
Марио Каварадосси – Сергей Скороходов
Барон Скарпиа – Евгений Никитин

Если Дон Карлос был праздником с привкусом официоза: Гергиев в яме, а на сцене испанская чопорность, то Тоска стала праздником с долей хулиганства. История про свободу и любовь не сопротивляется отклонениям от канона: и вот в роли Флории зеленоглазая рыжеволосая красавица, Скарпиа - викинг, а у Марио слишком легкий голос. По последнему пункту произошло изменение по сравнению с осенним дебютом. Тогда несоответствие голоса и партии я слышала все время, в этот раз - только иногда, и не надо думать, что на мое восприятие повлияла благодарность Скороходову за Тангейзера. Это профессионализм с артистизмом - могу только восхищенно удивляться, но на сцене был Каварадосси полный жизни и любви к ней. Никитин-Скарпиа в отличие от московской гости со "своей" Тоской не церемонился, был груб и мерзок. Борис, Филипп и Скарпиа за одну неделю - это чересчур, но догадаться об усталости было невозможно. Стихину хочется слушать и слушать, ее Флория - настоящая сирена. К драматизму происходящего на сцене добавлялась грусть от того, что сезон заканчивается. Хотелось замедлить время, чтобы успеть посмаковать каждое мгновение. Но нет - ох уж этот веризм!

Стихина, Скороходов - дуэт из первого действия
Скороходов - E lucevan le stelle

06.07.2019 Аида в Мариинском театре и 12.07.2019 Дон Карлос в Мариинский-2

06.07.2019 Аида

Дирижер – Кристиан Кнапп
Амнерис – Юлия Маточкина
Аида – Татьяна Сержан
Радамес – Олег Видеман
Рамфис – Евгений Никитин
Амонасро – Владислав Сулимский
Царь Египта – Геннадий Беззубенков

Очень ждала эту пару Аиды с Амнерис, даже на Нетребко с Семенчук пошла в предвкушении этого июльского спектакля. Года три назад в один сезон было две Аиды с Сержан и Сулимским, обе с Агади-Радамесом и первая с Бородиной-Амнерис, а вторая - с Семенчук. Оба раза было из серии "Что мертво, умереть не может", Сержан не могла спасти общую картину, и я окончательно невзлюбила эту постановку, а заодно и к опере стала относиться с предубеждением. От предубеждения меня спасла эстонская Амнерис Моника-Эвелин Лиив, и я стала ждать "свою" мариинскую. И вот все получилось наилучшим образом. К обычным тщеславию и избалованности дочери фараона Маточкина добавила настоящей влюбленности, и ее Амнерис веришь, она живая, и позволяет забыть о картонной постановке. Аида Сержан стала немного терять свою нежность, впрочем это звучит как напоминание, что она тоже принцесса. Они разные, Аида с Амнерис и Сержан с Маточкиной - и эта разность потенциалов дает нужное напряжение для всей истории. Остальным остается только помогать, ну или хотя бы не мешать. Последнее, как обычно, про тенора. Поскольку Видеман далеко не первый год поет одинаково, а ждать лучшего уже бессмысленно, то могу только порадоваться, что у него получилось "не мешать".

фото Nadine Koul
12.07.2019 Дон Карлос

Дирижер – Валерий Гергиев
Филипп II – Евгений Никитин
Дон Карлос – Нажмиддин Мавлянов
Родриго – Владислав Сулимский
Великий инквизитор – Сергей Алексашкин
Елизавета Валуа – Татьяна Сержан
Принцесса Эболи – Юлия Маточкина

Первое действие не покидало ощущение дежавю: где-то я их всех только что видела. Ага, в Аиде! Посмотри на составы и найди три отличия. :) Что ж, благодаря этому и собственной лени есть повод сделать один пост вместо двух.
От того, что состав на Карлоса выглядел чересчур безупречным, становилось страшно, что ожидания окажутся обманутыми. Но нет, никаких замен не произошло, все любимые и все на месте и даже в том смысле, что не получается никого ни похвалить отдельно от других, ни даже поругать, если только не задаться целью ловить блох. Удивительно ровное исполнение получилось, уже давно такого не было. И даже хор в сцене аутодафе, который последнее время разваливался из раза в раз, вдруг оказался безупречным. Единственно, сначала как будто не хватало нерва, пружина была разжата, и нагнетание происходило уже по ходу спектакля, к финальным сценам. Как и в Аиде, главным впечатлением стала цельность разыгрываемой истории, то, что можно было погрузиться в нее без оглядки на оперную и постановочную условность.

03.07.2019 Итальянка в Алжире в Музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко

Увертюра к Итальянке в Алжире в исполнении оркестра театра Карло Феличе

Дирижер — Вячеслав Волич

Изабелла — Вероника Вяткина
Линдор — Антон Росицкий
Мустафа — Роман Улыбин
Таддео — Станислав Ли
Эльвира — Евгения Афанасьева
Зульма — Анастасия Хорошилова
Али — Максим Осокин

Сначала ничто не предвещало, что я окажусь на этом спектакле. Первопричиной стал концерт оркестра театра Карло Феличе в Концертном зале Мариинки 7 июня. На наших болотах с исполнением Россини дела идут неважно, поэтому послушать немножко "правильного" Россини, пусть даже и в виде увертюр - вполне оправданное решение. Одного я не учла: послушав немного, захочется большего. Именно так и произошло. На ловца и зверь - просматривая афишу Москвы, увидела, что Росицкий заявлен Линдоро в июле. С ним была моя первая Итальянка в Зазеркалье - наверно, это и придало мне решимости. Да, еще порадовало, что постановщик - Писарев, видела его Свадьбу Фигаро в Большом.

В театре Станиславского была впервые. К плюсам отнесу небольшой зал и доброжелательное отношение. На мой не самый театральный вид после дня, проведенного в Коломенском, никто и глазом не повел. С географией до конца не разобралась, как и с тем, почему полноценный балкон называют бельэтажем. Выставка декораций, дающая возможность нафотографироваться всласть, заслуживает несомненного одобрения. Не понравилась программка: узкая, длинная, состав спрятан внутри, нашла не сразу. На сайте, кстати, с составами такая же петрушка, как будто это что-то неважное.

Россини в этот вечер был на мой непросвещенный взгляд таким, как надо. Легко, иронично, непринужденно, безусильно, немного с нижегородским акцентом, а с каким же ему быть. Постановка - прелесть, не потеряла свежести, а ведь ей уже шесть лет. Про увертюру без дирижера прочитала спойлеры, но все равно было интересно. Девушки были слабее. Ли-Таддео сначала был немного из этой оперы, но это ощущение быстро пропало. Мои герои - это Улыбин-Мустафа и Росицкий-Линдоро.

Росицкий - O, come il cor in giubilo

Улыбин, Ли, Росицкий - Pappataci! Che mai sento

01.07.2019 Даниил Трифонов, Декады в Концертном зале Мариинского театра

В ПРОГРАММЕ:
Альбан Берг - Соната си минор, соч. 1
Сергей Прокофьев - «Сарказмы», соч. 17
Бела Барток - «На вольном воздухе»
Аарон Копленд - Вариации
Оливье Мессиан - «Поцелуй младенца Иисуса» из цикла «Двадцать взглядов на младенца Иисуса»
Дьердь Лигети - Четыре пьесы из цикла Musica ricercata
Карлхайнц Штокхаузен - Klavierstück IX
Джон Адамс - «Китайские ворота»
Джон Корильяно - «Фантазия на остинато»

Запись

Смотрю на программу и понимаю, что мало кто из пианистов мог меня сподвигнуть на посещение такого концерта. Тут нужно доверие, и хотя к Трифонову я максимально лояльна, в этот раз было тревожно. Когда он вышел, такой обуржуазившийся, что с трудом узнала, сомнение усилилось. Оказалось, зря. Лощеное благополучие в процессе испарилось, а музыка, несмотря на непривычность, благодаря музыканту ожила и заставила рисовать в воображении пусть и мало гармоничные, но вполне человеческие картины. Эмоционально она двигалась от драмы к триллеру и обратно, а энергетически воплощала урбанизацию в разных формах. Когда в конце первого отделения динамика достигла такого уровня неестественности и механистичности (Копленд?), что стало трудно дышать, сознание стало молить о созерцательности. Созерцательность пришла (Мессиан?), народ вокруг меня облегченно засопел и заерзал, но даже она была городской, как будто через стекло. Во втором отделении общая тенденция сохранилась, и только в самом конце (Корильяно?) мне, как слушателю, позволили сбежать от цивилизации бетона и асфальта на простор, туда, где нет ничего механического, только свежий ветер гонит облака и шевелит траву и листья.

30.06.2019 Аттила в Мариинский-2

фото Галины Никольской
Дирижер – Валерий Гергиев
Аттила – Евгений НикитинВладимир Феляуэр
Одабелла – Татьяна Сержан
Эцио – Роман Бурденко
Форесто – Сергей СкороходовЕвгений Акимов

Не люблю эту оперу и она отвечает мне взаимностью. После двух замен стало понятно, что ждать многого не стоит, но видимо, ожидания стоило понизить до отрицательных значений и тогда не было бы так больно.

Оркестр двигался в одном направлении, хор - в другом, иногда они состыковывались, но только, чтобы разойтись вновь. Этим летом это обязательный пункт любого мариинского спектакля кроме премьерных.

Феляуэр-Аттила. Это была честная работа, он сделал все, что мог и, казалось, даже сверх. Другое дело, что этого оказалось недостаточно в данном случае.

Сержан-Одабелла, моя путеводная звезда. Была свежа, когда надо - отважна, когда надо - нежна. Певица никогда не тянет одеяло на себя, но в этот день я впервые об этом пожалела, потому что вдруг бы это хоть немного спасло. Ее Одабелла только бриллиант в оправе бас-баритон-тенор, а с оправой не задалось.

Бурденко-Эцио. Вроде бы все спето как надо, но это был неправильный Бурденко. Возможно, певец не восстановился после замены в Симоне (сама не была, но мне рассказали, что к концу умер не только персонаж). Он звучал не просто напряженно, а наждаком в уши. Ох! Верните мне тот прежний теплый голос, или сердце будет разбито.

Акимов-Форесто. Я всегда считала, что партия тенора в Аттиле невелика - ария и немного в ансамблях. Ха-ха, такое мнение складывается только в случае хорошего или приемлемого тенора. В этот раз казалось, что Форесто все время на сцене и все время поет, если это можно назвать пением. Можно было бы хоть потише? Чувствовала себя черепахой, пытающейся спрятаться в панцирь, который у нее украли.

Власов-Леоне. Это был глоток свежего воздуха. Есть надежда на достойную смену Великого Инквизитора в Дон Карлосе.

29.06.2019 Тангейзер в Концертном зале Мариинского театра

Дирижер – Валерий Гергиев
Тангейзер – Сергей Скороходов
Елизавета – Анастасия Щеголева
Венера – Юлия Маточкина
Вольфрам фон Эшенбах – Владислав Куприянов
Герман – Дмитрий Григорьев
Вальтер фон дер Фогельвейде – Станислав Леонтьев
Битерольф – Евгений Уланов

Сначала пара слов о конкурсе Чайковского. Следила неравномерно. По результатам солистов - очень рада первым премиям. По жеребьевке - хотелось бы более равномерного распределения типов голосов и стран, жюри как-то справилось с этим, но они профессионалы, им "положено". Для себя поняла, что слушать всех подряд бессмысленно, надо тех, про кого что-то знаешь (спорно, потому что слишком переживала даже за тех, кто не нравится), тех, у кого интересная программа (греку плюс много в карму), и тех, кого жюри отобрало в следующий тур. Иначе кровь из ушей от многочисленных Колыбельных и графов Альмавив обеспечена. А еще лучше переключиться на инструменталистов. За те пару дней, что были между 2 туров и финалом, пришла в себя и променяла финал солистов на финал деревянных духовых. Это было неожиданным, но разумным решением. Помимо того, что можно было получать удовольствие без переживаний, оказалось, что восемь арий Ленского за вечер не вызывают никакого отторжения, не говоря и о других неизбежных повторах. Может, ну его, это сольное пение?

Минутка самопохвалы: во втором туре отдельно послушала Гамида Абдулова, потому что не помнила его по концертам академиков, а где-то было написано, что он имеет отношение к Мариинке. Подумала: "Ой, это же Пеллеас". Полезла на сайт театра и обнаружила его именно Пеллеасом в мартовском концертном исполнении. Можно идти. Еще бы Голо там поменять...

К Тангейзеру. С одной стороны, идти не следовало - и билеты дорогие, и послевкусие от предыдущего еще не прошло. Но жаба и доводы рассудка оказались бессильны, потому что с другой стороны - в главной роли Скороходов. И маэстро в яме. Другого Тангейзера не хочу, и без него не пойду ближайшее время на эту постановку, потому что только Скороходов и, естественно, Гергиев преодолевают ее детскость и граничащую с глупостью наивность. Правда, амстердамский цинизм мне еще больше не по душе. А как обойтись без него и не скатиться в лицемерие и ханжество?

Слишком мало времени прошло с прошлого раза, поэтому того ошеломления получить не удалось, но когда после паломничества выходит Скороходов-Тангейзер, закутанный, нахохлившийся, злой, обиженный, кажется, дотронешься и сверкнет молния, вот тут и забываешь о вопросах как и зачем, а остаются только переживания и эмоции.

Маточкина по сравнению с Павловской спела Венеру очень красиво, но пока у нее получилась не богиня, а обиженная женщина. Остальных тоже можно похвалить, все освоились, стали свободнее и увереннее, а к тому же так соответствовали постановке "Тангейзер в детском саду", что дополнительно примиряли с ней.

20.06.2019 Саломея в Мариинский и 23.06.2019 Электра в Мариинский-2

фото Татьяны Мащенко

Саломея

Дирижер – Валерий Гергиев
Саломея – Елена Стихина
Иоканаан – Евгений Никитин
Ирод – Андрей Попов
Иродиада – Лариса Гоголевская
Нарработ – Александр Тимченко

Не ждала ничего нового - что может быть неожиданного, когда на сцене канонический состав, а за пультом маэстро. Я была готова услышать то, что уже было, и порадоваться как музыке, так и самому процессу узнавания. Не тут-то было! В этот раз про "расслабиться и получать удовольствие" не было и речи. Было не просто драматично, а страшно. История предстала без изысканности и смакования красот - только кровь и ужас. Саломея у Стихиной больше не девочка, которая не понимает что творит. Нет, она сатанински прекрасна и так же сатанински чудовищна. Она все знает, видит всех окружающих насквозь, их пороки и слабости, мастерски ими манипулируя. В ее стремлении к Иоканаану нет ни капли любви, а только желание подчинить. Когда она гибнет, невольно испытываешь облегчение. Стихина позволяет себе звучать временами некрасиво, заставляя беспокоиться за свой голос. А когда вспоминаешь ее Татьяну недельной давности, то еще больше восхищаешься ее вокальной свободой.

Электра

Дирижер – Валерий Гергиев
Электра – Елена Панкратова
Хризотемида – Ольга Сергеева
Клитемнестра – Елена Витман
Орест – Михаил Петренко
Эгист – Олег Балашов

Приползла в театр еле живая, надеясь, что полубессознательном состоянии Рихард Штраус сможет усвоиться. Сомнительно, но а вдруг! Но нет, ничего не вышло. И вот борясь даже не со сном, а с попыткой организма отключиться, я поняла единственное: если оперные боги дадут возможность послушать Панкратову в Верди-Вагнере, то надо обязательно идти.

18.06.2019 Троянцы в Мариинский-2

фото Натальи Яшиной

Дирижер – Валерий Гергиев
Эней – Михаил Векуа
Хореб – Григорий Чернецов
Пантей – Вадим Кравец
Нарбал – Олег Сычёв
Асканий – Людмила Дудинова
Кассандра – Анна Маркарова
Дидона – Юлия Маточкина
Анна – Анна Кикнадзе
Приам – Владимир Феляуэр

Боялась идти на Троянцы после того, как пришлось слушать в них больного Векуа два года назад. Решила рискнуть и сейчас думаю, что не зря. Но в тот момент, когда я выходила из театра, основной эмоцией было уныние. Сейчас, когда прошло некоторое время, всепропальное настроение прошло. Более того, теперь я думаю, что, если бы я опоздала к Трое и пришла бы только к Карфагену, то ни о каком унынии говорить бы не пришлось.

Трою, похоже, не репетировали совсем, единственным лучом света была Анна Маркарова, и это при том, что не она лучшая Кассандра. Ужасно было обидно за одну из красивейших постановок.

В Карфагене дела пошли на лад. Массовых сцен здесь меньше, оркестр собрался, исполнители небольших ролей старались не огорчать, те, у кого побольше, почти радовали, и над всем этим царила волшебная музыка Берлиоза и прекрасная Дидона Маточкиной. Она и вернула мне ценность переживаний, какими бы они ни были.

Маточкина - Ah! Ah! je vais mourir!

16.06.2019 Тангейзер в Концертном зале Мариинского театра

фото Натальи Яшиной
Дирижер – Валерий Гергиев
Тангейзер – Сергей Скороходов
Елизавета – Анастасия Щеголева
Венера – Татьяна Павловская
Вольфрам фон Эшенбах – Владислав Куприянов
Герман – Дмитрий Григорьев
Вальтер фон дер Фогельвейде – Станислав Леонтьев
Битерольф – Евгений Уланов

На первое представление не попала, и почитав отзывы, надеялась на изменения в составе к следующему разу. Но состав и на этот, второй спектакль, сохранился почти полностью, за исключением Венеры, которую теперь исполняла Павловская вместо Маточкиной. Глядя на связку Скороходов-Щеголева-Куприянов, я вспомнила о Младе, что не обнадеживало. Но никаких других ассоциаций не возникло (хотя и в этот раз опытный Скороходов был на голову выше остальных), так что больше про Младу я уже не вспоминала.

Почему же для этой постановки был выбран Концертный зал, где временами казалось, что музыке Вагнера тесно? Хочется верить, что это сделано не только потому, что здесь Гергиеву легче готовиться к Байройту, но и чтобы не убить голоса молодых певцов, которые и составляют большую часть состава. Сама постановка простодушная, без иронии и двойных смыслов. Ничего не имею против - музыке не мешает и ладно. Хотелось бы, конечно, каких-нибудь сложностей, бантиков-кружавчиков, но эта сцена слишком мала для подобного. Единственной попыткой добавить смысла можно считать переодевание Вольфрама в венерину одежду Тангейзера в конце, но это сделано без акцента (специально?), так, что можно было и не заметить.

Неожиданно для себя обнаружила, что очень понравилась Щеголева-Елизавета. Сдержанность, почти холодность и при этом страстность до иступленности - все вместе очень красиво и наполнено смыслом. На контрасте с ней Павловская-Венера звучала резко и широким мазком, язычество в такой опере может быть и диким.

За Куприяновым после Евгения Онегина следила особенно пристально, пытаясь сложить более определенное мнение. Не могу похвастаться успехом. С одной стороны, обнаружился тембр, однозначно похожий на бурденковский, что очень легло на душу. С другой стороны, все силы певца как будто уходили на правильное звукоизвлечение, что удавалось не всегда, а эмоции зрителю приходилось додумывать, наблюдая сосредоточенность на себе. Этот Эшенбах едва ли думает об Елизавете, он ее почти не замечает. Спишу на молодость и неопытность и надеюсь, что со временем появится какое-нибудь живое чувство.

Вот от кого я получила вулкан эмоций и ту свободу, что и превращает абстрактного персонажа в живого - это Скороходов. В случае Тангейзера нужен еще и огненный темперамент, которым он обладает и который зачастую ему приходится скрывать. Конечно, важен и Гергиев в яме, но то, что после окончания оперы захотелось повторения, - это заслуга Скороходова и его идеального для меня Тангейзера. Его рассказ о паломничестве лишен какой-либо медитативности, динамичен, а то, насколько он полон горечи и боли, испытываешь на физическом уровне. Когда проходит ошеломление, думаешь, какие же разные впечатления получаешь от исполняемых одним и тем же солистом Тангейзера и Лоэнгрина, про которого невольно вспоминаешь, слушая Эшенбаха.

Скороходов, Куприянов, Павловская, хор - рассказ Тангейзера и финал

13.06.2019 Парсифаль в Мариинском театре

фото Натальи Яшиной
Дирижер – Валерий Гергиев
Амфортас – Вадим Кравец
Титурель – Владимир Феляуэр
Гурнеманц – Юрий Воробьёв
Парсифаль – Михаил Векуа
Клингзор – Евгений Никитин
Кундри – Юлия Маточкина

Пошла на этого Парсифаля, потому что очень хотелось услышать Кундри Маточкиной. Не знаю, насколько она у нее получилась правильная, но слушать было и приятно, и интересно. Чувствуется местами, что партия немного на вырост, но наблюдая за этой певицей, однозначно можно сделать вывод, что этот рост будет обязательно. В целом спектакль получился очень ровный, никто одеяло на себя не тянул, но и блестящим он не стал. Думаю, что опять сказался недостаток репетиций, потому что, если оркестр как-то быстро собрался, то хор то разъезжался, то съезжался, а в Вагнере такое особенно тяжело воспринимать.

Векуа, Маточкина - Парсифаль и Кундри в волшебном саду Клингзора